13.02.2026АРТУР ХАЧИКЯН: В АРМЕНИИ СЕЙЧАС ТЕРРОР ПРОТИВ ТЕХ, КТО ПЫТАЕТСЯ ОСТАНОВИТЬ ПРОЦЕСС ПОТЕРИ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
Интервью с доктором политических наук, профессором Стэнфордского университета США, экспертом в области международных отношений
– Артур Гагикович, Вы учились, преподавали и жили в США, хорошо себе представляете как внутриполитическую жизнь этой страны, так и внешнюю политику, проводимую сегодняшним руководством Соединенных Штатов. Как Вы оцениваете последние события, связанные с агрессией США в отношении Венесуэлы, и заявления президента Трампа по аннексии Гренландии?
– То, что сейчас происходит, имеет очень мало общего с ценностями американского общества, с принципами американской внешней политики – по крайней мере, теми принципами, о которых говорили лучшие представители американского политического истеблишмента. Это фактически возврат к «дипломатии канонерок», демонстрации силы, «политике большой дубинки» Теодора Рузвельта и его дополнению к доктрине Монро, по которому США не только имели право исключать европейские державы из Западного полушария, но и сами могли вторгаться на территорию Западного полушария.
К сожалению, в международных отношениях это нормальное явление. Великие державы так ведут себя всегда. Соединенные Штаты, которые в период основания своего государства объявили, что они будут играть по другим правилам, откажутся от такой практики европейских держав, откажутся от империализма, от войн балансирования – к сожалению, пришли точно к такой же политике, как все империи, как все сильные державы. Эту политику можно отследить еще с середины XIX века, когда американский флот под командованием Мэтью Перри (это совсем не тот Мэттью Перри, которого мы знаем из шоу «Друзья» 90-х годов, талантливый американо-канадский актер, царство ему небесное) – коммодора американского флота – силой заставил Японию открыть свои рынки для американских и европейских товаров, продемонстрировав свое военно-морское превосходство. То же самое сделали Англия и Франция в Китае во время опиумных войн, когда они заставили Китай покупать опиум – наркотик, по сути, – который производился в Британской Индии.
После этого в начале XX века США бесчисленное количество раз предпринимали интервенции – уже в правление Теодора Рузвельта, как я сказал, «политика большой дубинки» и политика-дополнение к доктрине Монро. Были интервенции в Гаити, в Гватемале, в Никарагуа, в Панаме, на Кубе несколько раз, в той же Венесуэле (125 лет назад еще!). После прихода к власти Франклина Делано Рузвельта эта политика была отменена, и он придерживался доктрины «хорошего соседа», Good Neighbor policy – то есть Америка отказалась от прежней роли. Ну и конечно, в период холодной войны производились интервенции по всей Латинской Америке.
Вы помните операцию «Кондор», когда военные диктатуры Южной Америки с помощью США и с финансированием США подавляли любые левые силы на их территории. Очень хорошо известен пример вторжения в Гватемалу, попытка вторжения на Кубу в 1961 году в заливе Свиней, которая окончилась неудачей. Ну и в 1973 году – военный переворот в Чили, когда демократически избранный президент Сальвадор Альенде был отстранен от власти и убит с помощью ЦРУ. К сожалению, великие державы так себя ведут.
Но, конечно, принципы внешней политики США говорят совсем о другом. Они говорят о демократии, о западных ценностях, о правах человека, об уважении к международному закону. Сейчас, к сожалению, можно констатировать, что международного закона нет. Как и нет международных организаций – нет больше ООН, нет хартии ООН, нет ничего. Мы фактически вернулись к тому, чему нас в школе учил Владимир Ильич Ленин – что такое империализм и как внешняя политика империалистических держав становится орудием в руках большого капитала. Вы же знаете, что одно их требований США сейчас – это то, что нефтяные ресурсы Венесуэлы должны перей-
ти под контроль американских компаний. Это напоминает так называемые «банановые войны» начала XX века, когда именно так, силой, США продвигали интересы своего частного бизнеса в Центральной Америке.
– Артур Гагикович, а как все это можно спроецировать на отношения США с Арменией? Это как-то влияет на региональную политику? Меня, как Вы сами понимаете, интересует в данном случае именно влияние этой ситуации на Армению и отношение США к Армении.
– Это означает, что США отказываются от идеализма, от мессианизма администрации Байдена – то есть идея поддержки так называемой демократии в Армении сейчас их больше не интересует. Вы видели их стратегию национальной безопасности – Америка переходит к прагматичной силовой политике, оставляет за собой доктрину Монро, Латинскую, Центральную Америку и Ближний Восток. В остальных регионах мира она будет руководствоваться только своими прагматическими интересами. Прагматические интересы США в нашем регионе – это Азербайджан, Турция, Израиль. Армения каких-либо стратегических интересов для США не представляет.
– А вот в западной прессе критикуют действия армянских властей в последнее время, мы это заметили. В особенности отношение властей Армении к Армянской Церкви. Это двойные стандарты или действительно Запад это волнует? Ведь именно Запад привел к власти в Армении Никола Пашиняна.
– На Западе действительно поднимается волна критики против этого человека, его действия зашли слишком далеко, он перешел все границы. Критикуют даже те западные лидеры, которые самым бессовестным образом оправдывали избиения, аресты, применение бомб и ракет против мирных протестующих, аресты и подавления оппозиции, даже убийства политических заключенных (у нас сейчас больше двух десятков политических заключенных), фальсификацию выборов, манипуляцию прессой – к сожалению, многие западные лидеры это долгое время поддерживали, исходя из своих геополитических интересов. Я не думаю, что у них внезапно проснулась совесть. Наверное, просто действия этого человека зашли так далеко, что это больше невозможно поддерживать – хотя я не сомневаюсь, что они помогут ему сфальсифицировать выборы в июне этого года и остаться у власти. Потому что он им нужен.
– То есть практически это двойные стандарты?
– В международных отношениях всегда существуют двойные стандарты. Мы о них говорили годами. Наши наивные – хотя они не наивные, они просто хорошо оплачиваемые – пропагандисты, которые получают иностранное финансирование, говорили нам про международное сообщество, про международный закон, про мир демократий, как они нам помогут, как они встанут на нашу сторону – а потом нас так бессовестно кинули. Причем все. Это надо говорить этим людям. И надо спросить себя, почему мы позволяем, чтобы на нашей территории, в нашей маленькой республике работала эта армия пропагандистов, которая получает миллионы долларов и которая даже не умеет что-то компетентно аргументировать. У них нет никакого представления о том, что такое международные отношения. Они просто говорят то, за что им платят. И крах Армении начался, во-первых, со слома нашей системы образования. Это было очень и очень давно, еще в первый год нашей независимости. Мы разрушили нашу систему образования и закрыли наши лучшие школы. После чего началась массовая миграция тогдашней советско-армянской элиты, и теперь мы остались без элиты. И во-вторых – вот с этой армии пропагандистов, которая позволяет внешним силам напрямую управлять нашим общественным мнением и нашими политическими процессами.
– Состояние Армении сегодня такое, что многие из диаспоры опасаются приезжать в Армению. Я имею в виду не тех, кто вообще не интересуется политикой, я говорю про тех, кто высказывает свое мнение публично. Вы только что сказали, что сегодня более 20 политзаключенных находятся в тюрьмах Армении, некоторые даже погибли, мы знаем эти случаи. И вот я знаю в Москве таких людей, которые опасаются ездить. Да и не только из Москвы, не только из российской диаспоры – из Франции и из других стран тоже. Наверное, и в Соединенных Штатах есть такие случаи, хоть я про них и не знаю. Так вот, те люди, которые высказывают свое мнение по отношению к нынешним властям Армении, сегодня подвергаются или запрету на въезд, или, если у них есть двойное гражданство, их могут просто арестовать и пополнить ряды политзаключенных. Как Вы думаете, до какого предела может это продолжаться?
– То, что они опасаются – это правильно. Против них могут быть сфабрикованы дела, как это было сделано против меня, когда летом прошлого года я сказал, что «это не TRIPP, это Зангезурский коридор» – и на меня набросилась вся пропагандистская армия этой группы. Люди правильно опасаются. В Армении сейчас творится беззаконие, это террор против всех тех, кто пытается остановить процесс потери государственности. Видите, как они набрасываются на людей, как они всех арестовывают. Это большой позор для наших западных партнеров, которые закрывают на это глаза. Более того, один очень неудачный лидер одного из западных правительств сказал, что это «путь к демократии». Они используют непонятные для них же самих слова вроде «гибридная война». Это новое, модное сейчас выражение, значение которого они сами даже не понимают. Они эти слова употребляют для оправдания всех своих репрессий. По всем каналам выступают полуобразованные пропагандисты, эти «говорящие головы», они произносят слова, которые сами не понимают. А у нас чрезвычайно узкий круг людей, которые действительно могут считаться политологами или специалистами по международным отношениям. У нас их можно по пальцам одной руки сосчитать в Армении. Все остальные просто получают деньги за то, что набрасываются на людей, оскорбляют людей. Это террор.
У всех наших бывших руководителей были свои недостатки и просчеты. Но ни один из этих руководителей не позволял себе такого открытого террора, такого хулиганства, оскорблений. Никогда у нас не было так называемого лидера государства, который писал бы на своей странице в Facebook (запрещен в России) такие вещи, которые я сейчас даже повторить не могу в эфире. Лидер страны пишет на своей странице в соцсети лидеру нашей Церкви, Католикосу о каких-то физических связях! Я просто это воспроизвести не могу, настолько это отвратительно! Но мне кажется, что он все-таки перешел последнюю границу терпения. Мне кажется, люди все-таки понимают, с кем они имеют дело. Это взбесившийся хулиган. К сожалению, у нас оппозиция очень слабая. И большой вопрос – это действительно оппозиция или нет? Хотят они прийти к власти или боятся? Потому что ведь им придется разгребать все это. У некоторых людей такое впечатление, что они просто хотят остаться оппозицией. Народ им не очень верит, потому что видит среди них тех людей, которых не хочет избирать и не хотел избирать уже 3 раза. Так что это еще и огромная неудача нашей оппозиции. У нас очень неудачные и так называемая оппозиция, и так называемое правительство.
– Как раз про оппозицию я и хотел задать следующий вопрос. Есть ли она сегодня вообще в Армении, на Ваш взгляд, и если да, то кого Вы считаете оппозицией, потому что оппозиция тоже всякая разная. Есть бывшие президенты со своими командами – парламентская, будем говорить, оппозиция. Есть непарламентская оппозиция. Есть много новых групп и движений. Но я не вижу даже малой консолидации в этом. Вот на Ваш взгляд, кто на текущий момент все-таки оппозиция, есть ли она хоть в какой-то форме? Можно ли рассчитывать на то, что она может сделать хотя бы один шаг вперед?
– Я думаю, рассчитывать нельзя. Во-первых, я не считаю, что я должен давать какие-то рекомендации в этом процессе. Надо этот вопрос задать нашим людям. Кого они хотят, кого они видят. Есть часть наших избирателей, которые имеют своих кандидатов. Это бывшие наши президенты, у них есть какая-то поддержка. Эти люди имеют право поддерживать бывших руководителей. Многие считают, что именно из-за бывших руководителей мы пришли к этому состоянию. Что если бы не было того, что творилось в Армении все эти годы, мы бы за этим человеком не пошли. Он бы не смог обмануть наш народ в 2018 году. Я считаю, что они правы. Если люди хотят избирать кого-то из бывших руководителей, это их право. Пусть избирают. Но есть другие, которые хотят видеть нового человека. Так что нужно больше говорить с людьми, а не со мной. Потому что я не вправе говорить людям, кого им избирать. Но что я могу сказать точно – есть люди, которые несколько раз проваливали протестное движение из-за своих амбиций.
У нас в Армении есть болезнь «маленького Наполеона». У нас все Наполеоны, в каждой деревне есть Наполеон, Махатма Ганди, Уго Чавес, Мао Цзэдун и Че Гевара, и Ленин – и все-все. И они никак не могут договориться, кто из них будет императором. И эта вот болезнь «маленького Наполеона» нас очень губит. Потому что те же люди, которые несколько раз проваливали протестное движение, не хотят уйти. Они не хотят признать, что у них что-то не получилось. Вообще, было бы хорошо, если Армения все-таки осталась на карте мира (но у меня в этом большие сомнения), неплохо было бы нам завести такую традицию политическую, что люди должны отвечать за то, что они делали. Каждый руководитель должен нести ответственность за то, что он делает. А у нас такая атмосфера, где никто ни в чем не виноват. Никто ни за что не несет ответственности. Прежние руководители не говорят, хотя некоторые и признают, что у них были упущения, но не хотят просто сказать народу: «Да, извините, мы были не правы, были вот такие упущения». Мне кажется, вот это бы помогло им.
То же самое касается этой нынешней оппозиции. Те же люди, которые несколько раз проваливали протестное движение, не извиняются за свои упущения и продолжают выходить на сцену. И то же самое делают их советники. И народ это видит. Наш народ не глуп. Он это видит и говорит: «Ну вот, опять начали делить между собой посты». Поэтому люди пребывают в полной апатии. Вы же видите цифры. У нынешнего режима довольно-таки низкий рейтинг – где-то 16–20%, насколько я вижу. Может, немножко больше, но все-таки это очень низко. Премьер провалил все обещания, оказалось, что обманул нас во всем. Но 60% населения просто не видят никого другого, они в полной апатии. Потому что многие из них не хотят прежнее руководство, и гораздо больше из них не хотят видеть нынешних людей, которые все проваливают. И я пытался долгие годы это донести до так называемой оппозиции, но наше эго, наша самовлюбленность всегда одерживает верх. Никто не хочет признать, что что-то у него не получилось.
– Вот Вы сказали, что наш народ неглупый, и я с этим согласен. В самые тяжелые времена народ находил выход из самого тяжелого положения, и с этим я тоже согласен. Но сегодня – есть надежда, что народ сможет выйти из этого положения? Ведь в июне парламентские выборы, и если победит нынешняя власть, то наша армянская государственность окажется под большим вопросом. Я думаю, Вы со мной согласны.
– Да, я с Вами согласен. Мы уже теряем государственность.
– Так где эта мудрость народа, где она?
– Это хороший вопрос. Да, действительно, мы уже потеряли суверенность, это видно явно. Когда по приказу извне начинается преследование нашей Церкви, это уже означает, что мы не суверенная страна. Мы уже являемся вассалом, государством, подчиненным другому. Это видно прямо сейчас. Если эта группа будет избрана снова, в течение нескольких лет Армения полностью потеряет суверенитет, будет сломана наша государственность и начнется массовая эмиграция населения. Я лично знаю очень много людей, которые после этих выборов, если он их сфальсифицирует и выиграет, собираются покинуть Армению. Я лично тоже не буду больше заниматься армянскими делами, потому что считаю это бессмысленным, если мы уже в третий раз этого человека изберем.
Что для этого делать? Я повторюсь, надо говорить с народом. Понять, почему люди так безразличны, почему у них такая апатия, фатализм. Слово «консолидировать» произносить, я считаю, уже бесполезно. Оппозиция никогда не консолидируется. Просто нужно привести какого-то нового человека, который не связан с прошлым и не связан с теми людьми, которые проваливали протесты несколько раз. Если есть такие новые, нейтральные люди, пусть они победят, я готов их поддержать. Сейчас есть хороший кандидат, я считаю, – это Самвел Карапетян. Я надеюсь, что он будет пользоваться советами мудрых людей, которые помогут ему наверстать свой рейтинг. Рейтинг у него немножко пошатнулся, но я надеюсь, что он найдет себе мудрых советников, будет принимать мудрые решения и сможет восстановить свои показатели. Потому что он действительно может представлять серьезную угрозу этому режиму и может дать нам какую-то надежду. Я думаю, что это сильный кандидат. Всем остальным надо объединиться, чтобы не распылять голоса. Потому что иначе все эти партии, у которых 1,7–2,8% популярности, не пройдут в парламент, это потерянные голоса. Им надо свое армянское эго отставить в сторону и объединиться, а потом уже делить эти портфели, сколько им заблагорассудится.
– Я как раз хотел спросить Вас, кого Вы видите все-таки лидером. Вы назвали Самвела Карапетяна. Но, насколько мне известно и насколько я наблюдаю, Самвел Карапетян тоже не идет на сближение с какими-либо оппозиционными силами. Я имею в виду не парламентскую оппозицию, а другие силы, которые в Армении все-таки есть, назовем их «третьи силы». Это не бывшие и не нынешние, а нейтральные. И вот мне кажется, что Самвел Карапетян и с ними не идет на контакт. Мне кажется, что ему тоже стоит немного поменять свою тактику.
– Я не состою в команде Карапетяна. Я отношусь к нему с симпатией, я считаю, что у него есть реальный шанс. Я его поддерживаю и думаю, что люди должны его поддерживать. Я думаю, что он может стать центром консолидации, но также я думаю, что ему нужно быть осторожным. Один из его близких сказал, что «мы уважаем все оппозиционные силы, но у нас своя отдельная позиция». Мне кажется, это очень правильно – не ссориться ни с кем, но иметь свою отдельную позицию. И консолидация, я думаю, должна произойти вокруг него.
Есть и другие кандидаты. Есть, например, Арман Татоян – бывший защитник прав человека. Тоже вроде бы уважаемый человек, хороший кандидат. Это мое мнение. Люди имеют право голосовать за того, за кого они хотят. Пусть голосуют, за кого хотят. Но пусть они поймут, что если они опять будут сидеть дома, кушать кебаб и говорить, что все будет хорошо – и если этот человек снова изберется! – автобусы с азербайджанскими переселенцами начнут прибывать в Армению очень скоро. Они должны это понять. Их будут выселять из их домов, из их деревень. По Армении пройдет, может быть, даже не один, а несколько коридоров. После этого начнется массовая миграция населения. Пусть они это знают. Если они этого не хотят понять и мы еще раз изберем вот этот национальный позор – значит, мы стоим того, что будет с нами. Я уже ни турок, ни азербайджанцев не виню в наших проблемах, не виню.
– Недавно Вы опубликовали в соцсетях пост, что про Вас выкидывают какие-то фейковые новости о том, что на Вас якобы было совершено нападение, причем ни много ни мало со стороны Моссада – израильской разведки, и также будто бы есть какие-то претензии и нападения со стороны врагов Моссада – ХАМАС. Мне очень интересно, кто и зачем это делает в отношении Вас? Что это дает?
– Очень смешно, что, даже когда люди пытаются угрожать, они это не могут делать компетентно. Как могут ХАМАС и Моссад вместе захотеть меня убить, если они – заклятые враги? Если ХАМАС – это группировка, которая варварски напала на Израиль в октябре прошлого года, когда
были сотни людей убиты, взяты в заложники, а с другой стороны – Моссад, служба внешней разведки, спецслужба Израиля, то как они могут сотрудничать? Это все равно что сказать: аятолла Хаменеи послал иранскую делегацию на конференцию по сионизму! Понимаете, это настолько глупо! Если бы они хотели кого-то серьезно запугать, то хотя бы серьезно подумали, как это сделать. Понятно, что они уже теряют поддержку.
– А Вы знаете, что за люди этим занимаются?
– У них такая армия фейков! Грязь и ругательства льются и на меня, и на других – а когда смотришь, что это за профиль, видишь, что это фейк. Демократия, к сожалению, перестала существовать. У нас больше нет демократии. По всему миру она превратилась в искусство манипуляции общественным мнением с помощью вот этих фейковых профилей.
– Уже стало ясно, что Турция вместе с Британией хорошо постарались с вопросом захвата Нагорного Карабаха для Азербайджана. И они продолжают действовать в направлении потери Арменией государственности и вытеснения России и Ирана из региона Южного Кавказа. Это уже не секрет. Приход в 2018 году Никола Пашиняна к власти – один из пунктов британско-турецкой стратегии. Какая страна может противодействовать этому, помочь Армении как-то выйти из этого положения, на Ваш взгляд? Есть такая страна? Ведь Армения сейчас поглядывает в сторону Франции, США.
– Мы говорили об этом многие годы. После государственного переворота 2018 года у меня была какая-то надежда, что они смогут действительно расправиться с коррупцией и мирно решить карабахский вопрос. Было время, когда я им верил, думал, что они смогут это сделать. Видите, как мы горько разочаровались. Я об этом писал годами: что цель Турции, Великобритании, Соединенных Штатов в нашем регионе – это подчинить Армению туркам и азербайджанцам для того, чтобы уничтожить здесь базу российского влияния. Эта политика была точно такой же в начале XX века, то же самое было сделано после Первой мировой войны, когда наша первая неудачная республика из-за тех же прозападных иллюзий провалилась. То же самое было сделано в XIX веке. Это политика Великобритании на Ближнем Востоке. Она не меняется в течение, по крайней мере, 200 лет. Еще с XIX века Британия делала здесь то же самое – подавлять армян, помогать туркам, чтобы вытеснять Россию с Кавказа, не допускать Россию к Средиземному морю. Если у людей есть какое-либо представление об истории международных отношений, они это знают. Наша трагедия в том, что у нас нет школы международных отношений в Армении, у нас есть только регионоведение и страноведение. Это тоже очень хорошо, это нужно, но нет более аналитической концепции международных отношений.
О том, что Вы описываете, мы говорили годами. И я не понимаю, почему это нужно объяснять снова. Политика Великобритании 200 лет основывалась на противостоянии и сдерживании России. И жертвой этой политики были наивные армяне, которые еще в Западной Армении верили в то, что Запад им поможет. Вы помните, что после Берлинского конгресса были озвучены обещания, что европейские государства будут гарантировать безопасность
османских армян. После чего их вырезали. Я не понимаю, сколько раз это должно с нами произойти, чтобы мы поняли! Потому что, если мы такие непроходимые, что не можем понять, как это работает – и после Западной Армении, и после Киликии, и уже после Карабаха, после Нахичевана до нас это не доходит, – ну, тогда мы стоим того, чтобы от нас избавились, мне кажется.
– Но Вы все-таки не ответили на мой вопрос. Есть ли такая сила или страна, которая может как-то на все это повлиять?
– Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно подумать, есть ли такие государства, которые имеют интересы в нашем регионе, которые можно противопоставить интересам Турции и Великобритании, каким государствам невыгодно, чтобы этот регион был подчинен Турции и Западу, те государства, которые не являются друзьями Запада, кто их соперники в нашем регионе. В какой-то мере это Иран и, конечно, Россия. Может быть, если бы у нас была нормальная дипломатия, мы нашли бы себе и других союзников – на Ближнем Востоке. Может быть, даже с Китаем и с Индией могли бы на какие-то отношения договориться, хотя у них стратегических интересов в нашем регионе пока нет. Но у нас, во-первых, нет дипломатии; во-вторых, нет политологии, нет теории международных отношений; и в-третьих, у нас привычка за других решать, какие у них интересы. Мы 35 лет говорили русским, какие у них интересы. Я 35 лет объяснял моим дорогим армянам, что русские могут устать от того, что мы им постоянно говорим, что «вы должны нас защищать, потому что это в ваших интересах». Они могут с Турцией договориться без нас. Мне кажется, именно это и произошло в последние годы. Я об этом предупреждал.
– Да, это печально. В июне этого года в Армении пройдут парламентские выборы, которых мы с опасением ждем, но все-таки надеемся, что произойдет чудо – и к власти смогут прийти проармянские силы, настоящие, патриотичные. К концу нашей беседы как Вы думаете, все-таки есть такая сила, которая сможет победить «Гражданский договор»?
– Я думаю, что единственная реальная кандидатура – это Самвел Карапетян и его партия. Я думаю, что надо поддерживать Карапетяна, и он должен стать центром консолидации оппозиционных сил. Я думаю, что надо поддерживать и других кандидатов – и Армана Татояна, и даже тех представителей, которые, может быть, не столь популярны, но тоже могут избавить от этого зла. А маленькие партии, повторюсь, должны объединиться, чтобы не распылять голоса.
И уже потом, когда мы избавимся от этого несчастья, они могут поделить свои портфели на основании тех же процентов, которые были у них во время выборов. Я думаю, что центром консолидации все-таки может быть Карапетян, или Татоян, или они оба вместе. Я не знаю, какие там процессы происходят, но одно могу сказать: некоторые оппозиционные силы занимаются очень непродуктивной, очень некрасивой деятельностью, постоянно обливают грязью других деятелей оппозиции, почему-то включая меня. Хотя я, честно говоря, никого не оскорблял, ни на кого не нападал. Но у них эта ревность как-то работает очень сильно, и они обливают грязью друг друга и копают друг под друга, вместо того чтобы хотя бы не мешать.
– Артур Гагикович, в 2024 году Вы давали интервью нашей газете и там очень подробно рассказывали о Вашей деятельности, о Вашем мнении о политике США и так далее, но о Вашей личной биографии мы ничего не знаем. Откуда родом Ваши деды, например, где Вы родились и учились. Мы знаем, конечно, что Вы учились в США, но всегда интересно узнать более подробно, потому что эту информацию нигде не найдешь. Расскажите, пожалуйста, немного о Ваших отце и матери, о дедах.
– Может быть, в других обстоятельствах и в другой атмосфере я бы мог это сделать, но когда мы имеем дело с этой армией пропагандистов и фейков, которые каждый день льют грязь и только и могут делать, что оскорблять, писать гадости, причем такие, которые и повторить-то невозможно, эта провинциальная зависть, ненависть – в такой обстановке я что-то про себя рассказывать не могу. Потому что это означает, что следующей целью они изберут кого-то из моего окружения. Я не могу этого допустить.
Вы знаете, что я родился в Ереване, учился в Советской Армении. Кстати, никто из нашей Советской Армении не мог бы представить, что такое произойдет с нами. Никогда бы мы такого не представили. 35 лет я боролся с понятием коррупции, всем нашим руководителям говорил, что коррупцию надо остановить, что коррупция разрушит Армению, страна не развивается. Никто меня не слушал. Да, я учился в Стэнфордском университете.
Работал я в сфере образования, преподавал. После войны в Арцахе я приехал в Армению, потому что не считал больше возможным с расстояния смотреть на то, что у нас происходит. Все, что я делал – это преподавал, переводил книги для моих студентов, чтобы у нас все-таки были хоть какие-то задатки школы международных отношений. Но потом, Вы видите, мне создали невыносимые условия для работы. У меня начали отбирать курсы, причем не только из-за этого режима. Вот когда люди убегают из Армении, они во Франции становятся Шарлями Азнавурами, в России становятся Арамами Хачатурянами – потому что они убежали. А у нас в Армении есть эта провинциальная антиэлита, которая душит все прогрессивное. Они ненавидят тех людей, которые пытаются что-то изменить к лучшему. Вот так у меня отобрали мои курсы, мои студенты лишились возможности учиться так, как учатся их сверстники в Соединенных Штатах. Но я с удовольствием могу Вам сказать, что я уже закончил первый том своей книги и будет второй том по теории и истории международных отношений, который будет переведен на русский и на армянский, и наши студенты будут продолжать развиваться, и никто им уже не помешает. Никакая провинциальная антиэлита из деревенских Наполеонов им этого не запретит.
– Ну и в конце нашей беседы Ваши пожелания читателям нашей газеты. Новый год все-таки.
– Единственное пожелание в этом году – избавиться от этого зла. Мы должны избавиться от этого зла и спасти нашу маленькую республику. Потому что слишком много лет, веков, тысячелетий наш народ мечтал о том, чтобы у него была независимость, чтобы у него было свое государство, была безопасность. И 2 раза нам этот подарок сделала Россия. Можно любить Россию, можно не любить Россию, но факты от этого не меняются. Мы наше государство получили в подарок от России. И второй раз потерять государство было бы большой трагедией. Мое единственное пожелание в этом году – чтобы мы избавились от этого сатанинского режима. Потому что этот позор, который мы видим каждый день, становится уже очень трудно выносить. Вот мое единственное пожелание. А после этого у нас много других дел. И одним из них является восстановление нашей системы образования, которая была полностью разрушена еще в 90-е годы.
– Большое спасибо за Вашу позицию, за то, что Вы продолжаете Вашу линию, за Ваш патриотизм – будем называть вещи своими именами. Желаю Вам в новом году крепкого здоровья и успехов во всех делах.
– Спасибо большое, и Вам тоже! Всего хорошего.
Беседу вел Григорий Анисонян
noev-kovcheg.ru
Возврат к списку